Меня зовут Виктория. Я специалист по новорождённым и грудничковая няня в Москве.
Более 10 лет работаю с младенцами с первых дней жизни, в том числе с двойнями.
Более 10 лет работаю с младенцами с первых дней жизни, в том числе с двойнями.
Я регулярно прохожу профильное обучение и повышаю квалификацию по темам ухода за новорождёнными, сна, кормления, безопасного обращения с младенцем и поддержки семьи после рождения ребёнка.
Как я стала специалистом по младенцам?
Наверное, я так хорошо понимаю родителей в первые недели после роддома потому, что когда-то сама очень долго не понимала, что происходит с моим ребёнком и почему материнство оказалось совсем не таким, каким я его представляла.
Я никогда не собиралась работать с младенцами
До рождения дочери мне казалось, что самое трудное в материнстве связано с родами. Они и правда были непростыми: стимуляция окситоцином, эпидуральная анестезия, швы. Когда всё закончилось, я лежала в палате с огромным облегчением и думала, что главное уже позади.
А потом мы приехали домой.
Ребёнок плачет, засыпает, через несколько минут снова просыпается, и ты перебираешь в голове всё подряд: голодна, устала, жарко, холодно, болит живот или просто хочет на руки. При этом почему-то кажется, что мама должна чувствовать своего ребёнка почти интуитивно, а если не понимаешь, что происходит, значит, делаешь что-то не так.
А потом мы приехали домой.
Ребёнок плачет, засыпает, через несколько минут снова просыпается, и ты перебираешь в голове всё подряд: голодна, устала, жарко, холодно, болит живот или просто хочет на руки. При этом почему-то кажется, что мама должна чувствовать своего ребёнка почти интуитивно, а если не понимаешь, что происходит, значит, делаешь что-то не так.
Я прошла проблемы, которые знакомы каждой семье
Я слышу это так часто, что перестала удивляться. Потому что сама была на этом месте.
Когда я прихожу в новую семью, почти всегда слышу одни и те же слова:
До рождения дочери я думала, что самое сложное — это роды. Они действительно были непростыми: стимуляция, эпидуральная анестезия, швы.
Когда всё закончилось, я почувствовала облегчение. Мне казалось, самое страшное позади.
Когда всё закончилось, я почувствовала облегчение. Мне казалось, самое страшное позади.
Но дома всё оказалось иначе. Моя дочь спала по 10−30 минут. Я пыталась успеть всё: поесть, принять душ, поставить стирку. Обычно не успевала ничего.
Позже я узнала, что она высокочувствительный ребёнок. Но тогда я просто чувствовала, что всё делаю неправильно. Смотрела на других мам и не могла избавиться от ощущения, что только у меня всё настолько сложно.
Позже я узнала, что она высокочувствительный ребёнок. Но тогда я просто чувствовала, что всё делаю неправильно. Смотрела на других мам и не могла избавиться от ощущения, что только у меня всё настолько сложно.
Никто не рассказывал, насколько растерянной можно себя чувствовать рядом с собственным ребёнком
«Почему у всех получается, а у меня настолько тяжело?»
Сейчас эту фразу я слышу уже от других мам. И мне не нужно объяснять, откуда она берётся.
Я знаю: усталость не делает женщину плохой матерью. Она просто забирает силы
Иногда я злилась на дочь. А через несколько минут сидела и плакала от чувства вины. Мне казалось, хорошая мама не должна так чувствовать. Но можно бесконечно любить своего ребёнка и одновременно мечтать только об одном — поспать несколько часов подряд.
Когда родился сын, я была уверена, что второй раз будет проще
Опыт уже был, многое казалось знакомым, но довольно быстро выяснилось, что опыт с дочерью не превратился в универсальную инструкцию.
У сына были рефлюкс, постоянные срыгивания, вопросы с количеством молока, бутылочками и сосками. Были долгие укачивания на руках, фитбол, слинг, потом прикорм и следующие этапы, которые снова заставляли искать ответы.
На двух собственных детях я впервые очень ясно увидела, насколько по-разному может выглядеть одна и та же ситуация.
Один ребёнок после кормления расслабляется и засыпает, другому ещё долго нужна помощь. Один спокойно принимает бутылочку, с другим приходится искать вариант очень аккуратно. Один быстро привыкает к новому человеку, второму нужно сначала присмотреться.
У сына были рефлюкс, постоянные срыгивания, вопросы с количеством молока, бутылочками и сосками. Были долгие укачивания на руках, фитбол, слинг, потом прикорм и следующие этапы, которые снова заставляли искать ответы.
На двух собственных детях я впервые очень ясно увидела, насколько по-разному может выглядеть одна и та же ситуация.
Один ребёнок после кормления расслабляется и засыпает, другому ещё долго нужна помощь. Один спокойно принимает бутылочку, с другим приходится искать вариант очень аккуратно. Один быстро привыкает к новому человеку, второму нужно сначала присмотреться.
С тех пор мне очень не близки разговоры о том, что «все дети должны» делать что-то одинаково
Когда я прихожу в семью, я смотрю на самого ребёнка: как он ест, засыпает, реагирует на руки и что родители уже делают дома. Только после этого можно говорить о том, что здесь действительно стоит менять.
Иногда родители хотят изменить то, что на самом деле совершенно нормально для маленького ребёнка.
Иногда родители хотят изменить то, что на самом деле совершенно нормально для маленького ребёнка.
Профессия появилась не сразу
Сначала я искала информацию для себя. Читала, разговаривала со специалистами, училась различать состояния ребёнка, пробовала разные способы успокоения и постепенно замечала, что мне самой становилось легче не тогда, когда исчезала очередная проблема, а когда я начинала понимать, что происходит.
Потом я стала видеть то же самое у других родителей.
Когда мама понимает, почему ребёнок ведёт себя именно так, знает, что можно попробовать сейчас и что будет нормальным для его возраста, тревога постепенно отпускает. Ребёнок при этом не превращается за один вечер в младенца, который идеально ест и спит всю ночь, просто дома становится меньше ощущения, что всё выходит из-под контроля.
Потом я стала видеть то же самое у других родителей.
Когда мама понимает, почему ребёнок ведёт себя именно так, знает, что можно попробовать сейчас и что будет нормальным для его возраста, тревога постепенно отпускает. Ребёнок при этом не превращается за один вечер в младенца, который идеально ест и спит всю ночь, просто дома становится меньше ощущения, что всё выходит из-под контроля.
Я поняла, что хочу помогать не только своей семье
Сначала я искала ответы только для себя: читала книги, разговаривала со специалистами, проверяла, снова читала.
И постепенно заметила простую вещь: когда родители понимают, что происходит с ребёнком, дома становится спокойнее. Сам малыш остаётся таким же.
Но родители перестают чувствовать себя беспомощными.
И постепенно заметила простую вещь: когда родители понимают, что происходит с ребёнком, дома становится спокойнее. Сам малыш остаётся таким же.
Но родители перестают чувствовать себя беспомощными.
Я продолжаю учиться и сейчас даже после 10 лет работы с малышами в семьях и уже 17 лет материнства. Потому что меняются рекомендации, появляются новые исследования, а некоторые вещи, которые ещё недавно считались привычными, постепенно пересматриваются.
Собственное материнство помогает мне понимать родителей. Профессиональные знания нужны для того, чтобы действительно им помогать.
В новой семье разговор часто начинается совсем не с ребёнка
«Извините, у нас беспорядок».
Или мама говорит, что боится неправильно взять малыша, не понимает, почему он плачет после кормления, переживает из-за сна или признаётся, что почти не спала несколько ночей.
Я хорошо вижу, сколько за этими словами напряжения. Несколько дней назад у людей была одна жизнь, а теперь в центре этой жизни маленький человек, который пока ничего не может объяснить словами.
Мне не хочется в этот момент производить впечатление специалиста, который знает правильные ответы на всё. Мне гораздо ближе другое: вместе посмотреть, что происходит, показать несколько вариантов, дать маме и папе попробовать самим и оставить после встречи не список правил, а понимание своих действий.
Или мама говорит, что боится неправильно взять малыша, не понимает, почему он плачет после кормления, переживает из-за сна или признаётся, что почти не спала несколько ночей.
Я хорошо вижу, сколько за этими словами напряжения. Несколько дней назад у людей была одна жизнь, а теперь в центре этой жизни маленький человек, который пока ничего не может объяснить словами.
Мне не хочется в этот момент производить впечатление специалиста, который знает правильные ответы на всё. Мне гораздо ближе другое: вместе посмотреть, что происходит, показать несколько вариантов, дать маме и папе попробовать самим и оставить после встречи не список правил, а понимание своих действий.
Ночная помощь стала для меня очень понятной частью работы
Когда несколько ночей подряд не получается нормально поспать, состояние меняется незаметно. Сначала кажется, что просто устала, потом становится сложнее собраться, раздражение появляется быстрее, а обычные вещи требуют намного больше сил.
Я хорошо помню это по себе, поэтому никогда не воспринимала ночную няню как услугу «для комфорта». Иногда маме действительно нужно не ещё раз услышать, что этот период скоро закончится, а просто несколько часов непрерывного сна. Пока родители спят, я остаюсь с малышом, кормлю, переодеваю, успокаиваю, укладываю и слежу за его состоянием.
Я хорошо помню это по себе, поэтому никогда не воспринимала ночную няню как услугу «для комфорта». Иногда маме действительно нужно не ещё раз услышать, что этот период скоро закончится, а просто несколько часов непрерывного сна. Пока родители спят, я остаюсь с малышом, кормлю, переодеваю, успокаиваю, укладываю и слежу за его состоянием.
В двадцать семь лет я ушла из офиса
Со стороны это была хорошая работа, и многие не очень понимали, зачем что-то менять.
Я тоже тогда не могла представить, что однажды буду приезжать ночью к детям, которым несколько дней от рождения, что родители будут оставлять со мной малыша и уходить спать, а я буду считать совершенно нормальной свою рабочую смену- ночь с кормлениями, переодеваниями и укладываниями.
Я тоже тогда не могла представить, что однажды буду приезжать ночью к детям, которым несколько дней от рождения, что родители будут оставлять со мной малыша и уходить спать, а я буду считать совершенно нормальной свою рабочую смену- ночь с кормлениями, переодеваниями и укладываниями.
Сегодня я смотрю на этот путь иначе. Самые трудные страницы моей жизни однажды помогли стать опорой для других родителей.
Выберите то, что нужно именно вашей семье
Ночная няня для младенцев (ночная доула)
Полноценный ночной уход, чтобы мама могла восстановиться и высыпаться. Работаю с малышами с первых дней жизни.
от 13 000 ₽/ночь (22:00–9:00)
Почасовая няня для младенцев
Профессиональный уход, когда вам нужно отлучиться, поработать или просто выдохнуть и найти время для любимых дел.
1 800 ₽/час
Дородовой и послеродовой патронаж, обучение родителей
Приезжаю к вам домой и показываю всё на практике: купание, подмывание, обработку, сон, кормление. После встречи вы будете делать это сами и без страха.
9 000 ₽ / 2,5 часа
Консультации по уходу
Для тех, кто хочет разобраться в конкретных вопросах: сон, кормление, колики, режим, развитие. Также провожу подготовку для беременных и помощь после родов.
Стоимость по запросу
Доверьте своих детей профессионалу
Напишите мне — расскажу, какой формат подойдет именно вам, и предложу удобное время.
